Решение певца SHAMAN (Ярослава Дронова) отказаться от судейских оценок на международном конкурсе «Интервидение-2025» стало одной из самых обсуждаемых тем последних дней. Вопрос вызвал широкий резонанс не только среди поклонников артиста, но и в профессиональной среде. Композитор Максим Фадеев в беседе с подписчиками в Instagram (деятельность в РФ запрещена) откровенно признался, что был искренне удивлён выбором исполнителя.
«Для меня это стало неожиданностью», — отметил музыкант, подчеркнув, что подобное решение выходит за рамки привычных правил конкурсного формата. По словам Фадеева, такой шаг потребовал от певца не только смелости, но и особого внутреннего убеждения.
Продюсер также обратил внимание на то, что выступление SHAMAN проходило в «каскадёрских» условиях, которые серьёзно ограничили возможности артиста. По мнению Фадеева, постановка номера была выстроена так, будто режиссёры привыкли работать исключительно с фонограммой. Это, как считает автор хита «Прямо по сердцу», и стало причиной того, что зрители не смогли в полной мере услышать и оценить силу и глубину голоса Дронова.
«Организация номера не позволила превратить его в событие, которое могло бы стать настоящим украшением конкурса», — объяснил Фадеев.
Между тем сам артист ранее пояснил своё решение отказаться от оценок. В обращении к жюри SHAMAN подчеркнул, что не намерен бороться за победу. Причина — желание дать больше пространства иностранным участникам конкурса, которые впервые приехали на «Интервидение». Певец отметил, что считает сам факт проведения международного фестиваля на российской площадке победой для страны.
«Россия уже победила тем, что мы собрали здесь представителей разных стран», — сказал он.
Поступок Ярослава нашёл отклик у его коллег по сцене. Так, участник конкурса из Таджикистана Фаррух Хасанов признался, что был восхищён решением российского исполнителя. «Никто не ожидал такого хода, это было смело и благородно», — отметил он.
Таким образом, отказ SHAMAN от оценок жюри стал не только жестом уважения к участникам, но и своеобразным заявлением о ценности искусства вне рамок состязаний. Однако дискуссия о том, насколько этот шаг был оправдан, продолжает звучать среди музыкантов, зрителей и экспертов.